Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
00:41 

Фелпуррия-3: игра в кошки-мышки. Отчет маркиза Флориана Вейра.

Gatto Furioso
Glory's my mother, fire's my brother, sword my only law!
Trema , trema, o scellerato!

Saprà tosto il mondo intero

Il misfatto orrendo e nero

La tua fiera crudeltà!

Odi il tuon della vendetta,

Che ti fischia intorno intorno;

Sul tuo capo in questo giorno

Il suo fulmine cadrà.

Don Giovanni, Atto II, Scena I


Кони несли всадников плавной ровной рысью. С темно-зеленых плантаций странных низкорослых кустов вдоль дороги тянуло прохладой. «Кошачья мята?» - Флориан усмехнулся, кинув быстрый взгляд на короля, едущего рядом. Его Величество приподнялся в седле, белые усы возбужденно подрагивали. Столица Фелпуррии была уже совсем рядом. Вместе с Сигмурвом, королем котов, к ней приближалась странная и немногочисленная свита – ни одного кота, только трое людей. Один молчаливый рыцарь в черном плаще, один подозрительный тип, закутанный в капюшон до самого подбородка, и жизнерадостно улыбающийся юноша, щеголевато одетый, с алой лилией дома Вейр на перевязи меча. За этим последним из Лутании тянулась невидимая тень, неслышная и неощутимая. И этой тенью не был шлейф разбитых сердец. Хотя и он, безусловно, присутствовал.

Мог ли король Альберт, отправляя сына своего младшего брата в Фелпуррию послом, вестником мира и процветания, знать, что юный маркиз Флориан занимается с преподавательницей иностранных языков вовсе не изучением фелпуррских диалектов, и что именно он (не без участия пресловутой «учительницы») чуть было не стал причиной уничтожения столицы и нашествия на всю Лутанию таких существ, которые не снились ему и в кошмарных снах? Он, конечно, не мог даже представить себе такого. Черной магией они призвали великого некроманта Кгзеннофана в тело Джастиса Вейра, двоюродного брата Флориана. Как неосторожно было со стороны наивного Джастиса принять приглашение кузена вместе поохотиться… К великому сожалению маркиза, вмешался другой его кузен, не менее несносный. С ним в тот момент были и многие другие, но Флориан от этого не меньше злобы таил на него, бастарда, полукровку, грязного наемника, сующего свой полукошачий нос не в свои дела. Некроманта надежно упокоили, и даже Джастис остался жив. Правда, будучи последним наследником трона, он отрекся от наследования и сбежал с фелпурркой. При таком раскладе ближайшим претендентом на лутанийский престол оставался полукот Шэтоу, и это выводило Флориана из себя. Если бы все прошло как задумывалось, корона Лутании венчала бы его голову, и ничью иную. Впрочем, госпожа Амнерис говорила, что все это только к лучшему, учебное задание было учебным заданием, а настоящее дело начнется только в Фелпуррии. В этом есть свои плюсы. Один из плюсов – пушистые кошечки, теплые, мягкие, изящные… Давно хотел узнать, каковы они в постели.

Король завел разговор с колдуном в капюшоне, сэром Алвином. По-видимому, этот колдун успел натворить в Фелпуррии столько бед, что его там ждали даже с некоторой теплотой, как старого приятеля. Говорили о священной роще, ставшей ныне священным болотом, и о верховном жреце, который при виде такого безобразия облез – шерсть у него на загривке встала дыбом и выпала. Алвин пытался выяснить, что же он тогда такого сделал, что теперь в священном болоте завелись хищные синие лягушки размером с теленка, и обещал восстановить утраченные жрецом грядки с коноплей. Флориан сразу решил, что с этим типом он иметь дел не будет. Не стоит даже и пытаться. У него благие намерения и совесть. Неважно, какого качества – главное, что они есть. К тому же амнезия и разрушительная магия… Нет, ну его к псам.

Короля торжественно встречал весь город. Выйдя на площадь, он обратился к подданным с речью о своих похождениях и бедствиях, постигших его в Лутании. При словах о трагической гибели отряда фелпурров от рук зомби в толпе придворных раздался чей-то горестный мяв – то пятнистый котенок, обняв престарелого облезлого кота, оплакивал погибшего отца, доблестного Мурселота. Флориан еле сдержал смех, сохраняя подобающее моменту печальное выражение лица. Он хорошо помнил, как эти зомби, повинуясь его команде, выбирались из могил, чтобы пожирать живую плоть прямо с клочьями шерсти.

За печальной новостью последовала радостная. В столице будет праздник: принцесса Вин вступает в свое совершеннолетие. В ее честь храбрейшие и мудрейшие из фелпурров сразятся на турнире. Король Сигмурв разрешал также желающим людям принять участие в этом турнире, и Флориан, не задумываясь, изъявил желание. Никто из блохастых животных не посмеет считать, что он из трусости уклоняется от участия. Того же разрешения попросили двое оставшихся людей. Быть может, у них были те же мотивы.

До прибытия принцессы оставалось еще немного времени. Что за прекрасная черная кошка, прикрыв мордочку веером, разглядывает короля и гостей? Флориан бросил в ее сторону несколько пылких взглядов – она, кажется, смутилась - и, когда все разошлись, поспешил к ней. Увы, что за неудача. Красавицу повсюду сопровождал черно-белый кот весьма грозного вида. Как выяснилось, сэр Фемто, начальник тайной полиции. С леди Биргиттой Даркмур придется ограничиться светской беседой, например, про местную оперу. Лорд Фемто, как ни прискорбно, тоже хотел общения. Пришлось говорить с ним о лутанийских делах и своей дипломатической миссии, потом о висящих в тронном зале картинах Муркельанджело (впрочем, об этом говорила уже Биргитта)… Отделавшись от них и вдвойне сожалея о недоступности кошечки, чей изящный изгиб черного хвостика так и манил за собой, маркиз направился к министерству культуры – просто чтобы убить время. По дороге к нему прицепился лутанийский рыцарь, все пытался выяснить что-то об обстоятельствах смерти брата. Откуда же было Флориану знать о каком-то Зигфриде, который отбросил копыта в конце хайнделльской заварушки с некромантом… Такие трупы он обычно не удостаивал внимания.

У самого министерства навстречу маркизу вылетел пятнистый клубок шерсти, вереща что-то о низшей расе людей. «Этот юнец только что громогласно рассуждал о толерантности!» - проскрипел чинно плетущийся за котенком старец. Котенок носился вокруг как торпеда и вызывал непреодолимое желание дернуть за хвост. «Дернешь – убью!» - воинственно пискнул он, заметив, что рука Флориана уже потянулась к его пестрому хвостику. Да, забавна раса фелпурров. По крайней мере их женщины и дети скорее забавны и милы, в отличие от наглых и надменных котов. Флориан беседовал со стариком о фелпуррской литературе, листал книги со старинными иллюстрациями, вглядывался в странный угловатый кошачий почерк древних рукописей об эпических деяниях блохастых воителей, и не заметил, как библиотека потихоньку начала пустеть. Всем не терпелось посмотреть на юную Вин. Маркиз отложил фолиант и вышел на площадь.

Вот появилась принцесса, белоснежная, обворожительная… если бы у Флориана не было задачи более приоритетной, чем любовные победы, он, без сомнения, воспринял бы эту холодную красоту как вызов. Но из свиты принцессы на него смотрели два больших зеленых глаза, смотрели с восторгом и живым интересом. Маленькая белая кошечка, еще пушистее Ее Высочества, вероятно фрейлина. Она казалась достаточно невинной и легкомысленной, к тому же в радиусе нескольких метров от нее не ошивался опасный родственник, как вокруг леди Биргитты. Кто будет ее защищать? Кто предостережет от падения в пропасть, кто даст мудрый совет избегать чужестранца, столь нежно смотрящего на нее? Флориан от души надеялся, что никто. Он послал фелпуррке самую ангельскую из своих улыбок.

Объявили о начале турнира. Странный состав участников первого состязания – три человека и всего один фелпурр. Неужели коты настолько обленились, что не хотят драться? Впрочем, Флориан подозревал, что дело не в этом. Блохастые комки шерсти просто брезгуют сражаться на турнире с людьми. И этот Фемто сейчас думает, что оказывает честь человеку, выходя против него… «Ничего, котейко, сейчас я попорчу тебе шкурку!» - подумал Флориан, салютуя мечом принцессе. И… не прошло и нескольких секунд, как меч наглого кота трижды задел плечо маркиза Вейра, а сам кот победно воздел хвост трубой. Пришлось учтиво пожать ему лапу и признать свое поражение. В довершение всего Фемто произнес что-то о том, что был бы рад преподать своему достойному противнику пару уроков фехтования. Это окончательно утвердило Флориана в желании применить к нему иллюзию превращения. В собаку. При всем кошачьем дворе. А потом содрать шкуру и сделать зомби.

Маркиз немного понаблюдал за поединком Алвина и сира Леона, а потом что-то пушистое коснулось его руки. Какой предсказуемый исход. Проигравший вызывает у трепетной девы желание приласкать и залечить раны. Он ласково отвечал что-то в ответ на ее восторженный щебет (или, скорее, мурчание), а мысли его вертелись вокруг отнюдь не романтического предмета. Госпожа Амнерис… Где-то рядом мелькал край ее платья. Нужно встретиться с ней и поговорить о дальнейших планах. Хороший предлог – желание изучать фелпуррский язык. Миллионы оттенков интонации слова «мяу»… Да, леди Джильда, сэр Фемто – опасный противник. Не думаю, что это преимущество фелпурров над людьми, скорее личное мастерство. Ах, вы тоже так считаете? Нет, я не думаю, что они намеренно выставили его против меня. В конце концов, все решал случай, а бойцов всего четверо. Пустяки, он всего лишь оцарапал мне руку. Нет, что вы, ничего не нужно. Только положите сюда свою лапку, и все пройдет. Какие у вас удивительно пушистые лапки, леди Джильда. Какие ровные, точеные коготки, не верится, что природа могла создать такое чудо. О, даже если бы эта лапка вонзила когти в мое сердце, я был бы счастливейшим из смертных. Кажется, поединок окончен. Не все ли равно, кто победил. Я могу надеяться на первый танец с вами, богиня?

Играла музыка (воистину, кошачий концерт – он и в Фелпуррии кошачий концерт, - мысленно поморщился Флориан), пары галантно кружились в танце, Джильда продолжала самозабвенно мурлыкать. Кое-кто уже бросал на не слишком осторожную кошечку подозрительные взгляды – вот и томно полуприкрытые ресницами глаза леди Биргитты сверкнули хищной искоркой. «Нам не следует вести себя слишком открыто, - шепнул Флориан Джильде, - я не хочу вас компрометировать. На следующий танец, после второй части турнира, выберите другого партнера. Я люблю вас, минута разлуки разобьет мне сердце, но фелпуррское общество нас не одобрит». Он действительно немного сожалел, оставляя ее – когда с таким жаром шепчешь слова любви, непроизвольно вживаешься в роль.

Вторая часть турнира называлась поединком мудрости, хотя скорее это можно было назвать состязанием в красноречии. Услышав об этом, первым выступил вперед котенок. Вызвались и дамы, и все участники фехтовального турнира кроме сэра Леона. Флориан про себя посмеялся - действительно, храбрый рыцарь слишком храбр, чтобы иметь еще и мозги. А может быть, ему просто часто доводилось принимать головой вражеские удары по шлему… Впрочем, темы для речей, данные принцессой, показались маркизу дурацкими до невозможности. «Что для вас доблесть и благородство?». Так похоже на тему для школьного сочинения. Несколько пафосных слов – большего эта тема не стоила. «Расскажите о расцвете и падении Великой Империи». Об этой Империи Флориан знал только, что она была, а теперь ее нет. Тем не менее, надо было что-то сказать, и он сказал. Что к расцвету Империю привели прогресс и стремление к светлому будущему, а погубили ее соответственно консерватизм и страх перемен. Надо было видеть глаза Верховного Жреца Маургана в этот момент – они так забавно округлились, чисто два блюдца. Третьей темой были достоинства противоположной расы для людей или фелпурров, но ее обсуждали уже избранные, в число которых Флориан не попал, да особо и не жаждал. Победил, что неудивительно, котенок. У него был неописуемо растерянный и несчастный вид, когда принцесса повязала ему на шею розовую ленточку. Что могло его так огорчить? Может быть, ленточка слишком туго затянулась, или принцесса нечаянно выпустила коготки?.. Неважно. Все вновь разбились на пары и пошли танцевать. Госпожу Амнерис, к счастью, не успел пригласить никто. Вальсируя, она шепотом поведала Флориану о фамильном кольце Висконти. Для чего его нужно добыть, Амнерис пока не сказала, но маркиз понял, что ему крупно повезло – ведь влюбленная кошечка была Джильда Висконти, и на ее пальчике сверкал массивный перстень с кошачьей головой.

Пришло время королевского пира. Его Величество Сигмурв развлекал дам рассказами о своих подвигах (о, из шкурки этого хвастливого белого котика с таким беззащитно-розовым носом вышел бы прелестный пушистый коврик!). Король дошел уже до полета на драконе, и Флориан начал задумываться, когда же он пустится в описание эпической битвы в одиночку против армии зомби, ужасных некромантов и мерзких чудовищ из преисподней, но тут принесли валерьянку, а для гостей из Лутании почему-то водку. Бездна их знает, должно быть, коты думают, что лутанийцы каждый день пьют водку из самоваров в обнимку с ручными медведями… Маркиз Вейр очнулся в компании Джильды и леди Биргитты, которые почему-то сидели рядом с ним за опустевшим праздничным столом и с интересом его разглядывали. Он плохо помнил произошедшее в промежутке между водкой и кошками. Кажется, король влезал на стол, восклицая «В поход! В поход!», герцог Фемто вместо членораздельной речи мяукал, а леди Биргитта позволила себя весьма нескромно обнять и даже мурлыкала при этом. Правда, в ответ на негодующее «мяу!!!» Фемто Флориан выпустил талию красавицы и заявил ему «ну и шелковистая же у нее шерсть, обалдеть просто!». После чего они вчетвером с королем водили хоровод, сбили с ног котенка, тоже перебравшего валерьянки, и недоумевали, почему земля под ногами качается словно море. Прислушавшись, Флориан услышал звон мечей. Ах, да, это сэр Леон решил, что дернуть сэра Фемто за хвост – очень смешная шутка. Теперь оба протрезвели, но честь задета и может быть восстановлена только дуэлью… Флориан мысленно пожелал им заколоть друг друга, меньше глупости будет в мире. От прекрасных дам он поспешил удалиться, сославшись на неотложные дела.

Позже, когда хмель развеялся, и даже никто не был убит, Джильда сама нашла Флориана. Конечно же, она собиралась кинуться ему на шею, ничуть не стесняясь заинтересованно наблюдающей леди Биргитты. Жестом остановив ее, маркиз решил, что будет благоразумнее начать встречаться наедине. В переулке за министерством культуры, например. В полночь. Меньше риска. До этого срока так долго ждать… Быть может, любовь моя, вы оставите какой-то маленький предмет, чтобы я мог смотреть на него и думать о вас? Киса, смущаясь, протянула ему кольцо и простодушно поведала о письме, которое она не может открыть без заклинания снятия слабой магии. А ведь это письмо от пропавшего брата, последняя весть от него. О, жизнь моя, радость моя, я знаю одного мага, которому можно доверять, он без труда вскроет конверт. Доверься мне, содержание письма не попадет в недобрые руки. И лапы тоже. Брат где-то скрывается? Да, хорошо, что ты сказала это мне, а не верховному жрецу или начальнику тайной полиции. Я позабочусь о том, чтобы они и дальше ничего не узнали.

Само собой, Флориан отнес кольцо и конверт Амнерис. Они встретились в дворцовом саду под предлогом урока, как и планировалось. «Ты произносишь слишком театрально. Плавнее, мягче, так, как делают это коты – попробуй еще раз!» - терпеливо объясняла леди, поправляя очки. «Мьяу! Мьяаау!» - с чудовищным лутанийским акцентом произносил Флориан. Потом, когда они дошли до необитаемого уголка парка, комедия оборвалась. Амнерис провела рукой над письмом, произнося заклинание. Легкая магия развеялась, как серебристый дым. В письме не было ничего кроме сонета, записанного изящным нервным почерком:

Лишь кисть мою не отравила ложь,
В живых портретах цвет не носит масок.
Для всех я мертв – но здесь по следу красок,
По следу кисти ты меня найдёшь.

Приди, сестра, пушистой лапкой тронь
Между мирами призрачную дверцу.
Я тайну схоронил в могиле сердца,
Но гроб её внутри прожёг огонь.

И тьма, и смерть сплелись в один клубок.
Я с ним играл, как маленький котёнок,
И края бездны распознать не смог.

Иди, куда ведет тебя звезда,
И, может быть, из колдовских потёмок
Мы выберемся к свету навсегда.

Да уж, содержательно, ничего не скажешь. Хотя во всей этой мишуре художественных украшательств удобно скрывать тайные сведения. Тут, по сути дела, имели значение только слова о следе красок и кисти. Информация о том, где скрывается Муркельанджело, спрятана где-то в его картинах. Как раз три из них висят в тронном зале. Амнерис объявила, что займется этим сама. - Да, но зачем нам художник? – Он выведет нас на Черного Фелпурра, Амриса, - пояснила госпожа Амнерис. Не будем спешить. Без сомнения, надо убрать короля Сигмурва, но сначала подыскать ему на замену хорошо управляемого фелпурра. Им должна стать принцесса Вин. И Амрис нам в этом поможет. «Вот, уже лучше, только еще плавнее, должно звучать немного гортанно», - не изменяя тона, продолжила Амнерис: они вновь вышли к главной парковой аллее. Флориан ушел от нее, внутренне недоумевая. Нет, управляемым фелпурром на троне можно сделать кого угодно, но не принцессу – он хорошо присмотрелся к этой железной леди.

В назначенный час вокруг министерства культуры оказалось неожиданно много фелпуррской знати. Белый силуэт метнулся в темноте к Флориану и поспешно увлек его за собой. Флориан закутал кошечку в плащ от непрошенных глаз, и они направились к дворцу, в ту его часть, где жили гости Фелпуррии. Так незаметно они дошли до покоев лутанийского посла. Здесь Джильда прерывающимся от волнения голосом спросила его о письме. - О, я сожалею, любимая, что письмо сгорело сразу после прочтения, и я не могу дать тебе прочесть его. В нем были стихи. Красивые стихи. Нет, в них ничего не говорилось о том, где твой брат. Просто прощание. Не плачь, милая. Я буду любить тебя, как сорок тысяч братьев любить не могут. Сейчас я утешу тебя. Что, ты не хочешь? Боишься? Не доверяешь мне? Наверное, ты просто меня не любишь. Мне лучше уйти, и ты забудешь о нашей встрече.

Да, Флориан был уверен, что она удержит его, и он добьется того, чего хотел. А наутро на ее пушистом плечике появится маленький четко очерченный знак лилии, герб дома Вейр. Тонкая и очень изящная магия, оставляющая след на всех женщинах, соблазненных им.

Утром, оставив спящую Джильду, Флориан отправился к королю. Собравшиеся фелпурры, как оказалось, только его и ждали. Пора было наконец исполнять дипломатическую миссию. Король прочел длинное и полное пафоса письмо к королю Альберту, призывающее к миру, торговле и в частности, насколько Флориан понял, учреждению совместного фелпуррско-лутанийского учебного заведения, готовящего магов. Значит, хотят взять магию под контроль. Ха! Успехов им в этом неблагодарном деле… Почтительно склонившись и принимая документ, маркиз представлял, какие из пафосных фраз надо будет магическим образом переделать, дабы мир между великими державами никогда не настал. Немного погодя он так и сделал. Быстрые птичьи крылья унесут письмо к королю Альберту, и он прочтет совсем не то, что хотел ему сказать Сигмурв.

Джильда нашла Флориана у выхода из тронного зала. Он по выражению ее глаз мог предсказать, что сейчас будет. Кошечка заговорила о свадьбе. Она, как и все девы с лилиями на плече, была убеждена, что теперь-то непременно воспоследует свадьба. Да, если бы маркиз Вейр женился на каждой, Джильда стала бы его две тысячи шестьдесят пятой женой. Может, не стоит так торопиться, киса? Брак – это решительный шаг, нельзя так просто взять и связать свои жизни, ведь это значит быть вместе до конца… Нет, что ты, что ты, я хочу быть с тобой до конца, просто не понимаю, куда ты так спешишь. Я еду в Лутанию, но обязательно вернусь, и мы поженимся. Клянусь тебе.

Ладно, если ты настаиваешь, можем пожениться еще до моего отъезда. Только не плачь.

Тем временем что-то странное происходило в храме с королем. Король заперся там наедине со жрецом, и стража преградила дорогу всем, кто пытался узнать, что с Его Величеством. А через некоторое время собравшимся на площади объявили, что новорожденная дочь короля умерла. «Теперь нам вряд ли позволят пожениться, когда в стране траур», - обреченно пискнула Джильда, повиснув на руке Флориана. Тот же, скорбно склонив голову, обдумывал сложившуюся ситуацию. Стоит обсудить все с Амнерис. Король сейчас наиболее уязвим - подходящий момент чтобы устранить его. И все же Вин никак не годится для трона. Она возьмет власть в свои белые лапки. На ее фоне кто угодно кажется более выгодным кандидатом… Даже глупая Джильда.

Под предлогом перевода королевского письма на лутанийский язык Флориан вновь уединился с Амнерис в парке. Вышел он оттуда, еле скрывая ярость под галантной полуулыбкой. Ему приказывают ждать и следить за принцессой. И жениться на Джильде, потому что та может быть в этом качестве полезной. Нет, госпожа Амнерис, ваш ученик уже знает достаточно чтобы действовать без вашей подсказки. Надо только завладеть чьей-то волей, чтобы послушная марионетка убрала Сигмурва с дороги. Только чьей волей? Принцесса, жрец Маурган и Фемто наверняка защищены от магических нападений. Леди Биргитта всюду ходит с начальником тайной полиции. Котенка надо сначала поймать – и не факт, что это получится тихо, поднимет мяв на весь город, царапаться начнет… Долгоус слишком дряхл, вряд ли он удержит кинжал в трясущейся лапе. Остается Джильда. Хотя неизвестно, коронуют ли фелпурры убийцу своего короля, больше вариантов нет. Кстати, вот и она. Джильда, милая, как я соскучился по твоим медовым глазкам. У меня для тебя кое-что есть.

Пожалуй, не следовало сочетать темно-красные камни ожерелья с сиреневым платьем… Но киса светится радостью, она довольна, она лелеет мечты о свадьбе и счастливой жизни, еще не подозревая, что уже носит под сердцем новую жизнь. Ну же, поцелуй меня, ангел мой. А теперь я оставлю тебя – но скоро вернусь.

Сам не зная зачем, Флориан пошел к бывшей священной роще. Какой-то тайный страх, похожий на смутное предчувствие, все никак не давал ему решиться и совершить задуманное. Все пойдет не так, как надо. План не продуман, госпожа Амнерис ничего не знает, а значит, и не может помочь… К черту. Забудь об Амнерис, она тебе больше не госпожа. Скоро править будешь ты.

В священном болоте не видно было синих плотоядных лягушек, зато порядочная толпа фелпурров собралась вокруг корявого обломанного ствола священного древа. На стволе сидел котенок, свесив вниз хвост, и печально и пафосно смотрел вдаль. Котенок желал видеть короля. Флориан пожелал стащить его с дерева за хвост, правда, хвост тут же взлетел вверх и был гордо воздет к небесам. Здесь нечего делать. Пока все в роще, пусть король выйдет, фрейлина принцессы встретит его и проводит на тот свет. Маркиз почувствовал, как от волнения руки начинают дрожать. Одно дело в темном подвале замка призывать дух некроманта по черным книгам, незаметно для всех и практически без риска, и совсем другое – творить государственный переворот у всех на виду, совершенно не зная, как повернется дело. Джильда! Я искал тебя, хотел прочесть тебе стихи – впервые в жизни написал стихи в твою честь, представляешь!

Прекрасен солнца яркий свет
И юной девы нежный взгляд
И стройных лилий белизна
На тихо плещущей реке…
…Но для меня прекрасней нет
Чар, проникающих как яд:
Твоя душа во власти зла,
Твоя душа в моей руке! – закончил Флориан заклинание. Теперь она всего лишь кукла в его руках – ненадолго, надо поспешить. Проклятие! Кинжал забрала дворцовая стража. Не вручать же кошечке меч. Ладно, вот движется процессия, и в ней король. Слушай меня и исполняй: забери у Его Величества оружие и убей его им. Поняла? Иди. Быстро.

О нет, что же она делает! У всех на глазах хватается за меч короля! Лучше этого не видеть… Флориан поспешно принял вид случайного прохожего. Он здесь совершенно ни при чем и не знает, что происходит. Что происходит?! Ответьте! О боги, нет, не может быть, Джильда! – Флориану даже не потребовалось его мастерство актера, чтобы изобразить неподдельный ужас. Он предпочел бы оказаться как можно дальше отсюда, но чтобы не вызывать подозрений, надо оставаться в роли. В роли понятно кого – но все вокруг и так видели их с Джильдой вдвоем. Это даже красиво, безнадежно влюбленные, мечтающие преодолеть препятствия судьбы, романтически печальный дуэт тенора и сопрано… Вполне могли найтись сочувствующие. Вроде той же принцессы – Флориан не удивился бы, если бы она стала принимать живое участие в судьбе своей фрейлины и радовалась ее счастью как добрая подруга. Конечно, белоснежной Вин необязательно знать о паре десятков кошечек из менее знатного сословия, до которых маркиз успел добраться в столице Фелпуррии, когда не был занят Джильдой, Амнерис и дипломатией.

Сквозь толпу стражи почти ничего не было видно. Мелькнули пушистые белые уши и, кажется, украшенная листьями жреческая тиара. Белые лапки, куда более решительные, чем робкие лапки Джильды, вцепились в руку Флориана. Принцесса Вин. Внимательные умные глаза, которые и раньше настораживали, сейчас внушали Флориану панический страх. «Не ходи туда. Если она невиновна, ее скоро освободят». – Я должен быть с ней! – патетически воскликнул маркиз, отчаянно надеясь, что выглядит именно тем, кого пытается изображать.

Хвала преисподней, она не назвала его имени. Она вообще ничего не помнила из того, что делала в последние полчаса – это стало для Флориана новостью, ведь он не накладывал на кошечку чар забвения. Может быть, он приказал ей сразу все забыть? Или у заклинания обнаружилось побочное действие? Так или иначе, хотя попытка цареубийства не удалась, не все еще потеряно. К тому времени, как начальник тайной полиции нашел его и стал задавать вопросы, Флориан полностью взял себя в руки и отвечал как человек, которому нечего скрывать. Поскольку посольская неприкосновенность защищала маркиза, Фемто не стал звать жреца с его магией, распознающей ложь. Флориан рассуждал о том, что если Джильду заколдовали, то вряд ли это мог сделать кто-то из участников процессии, шедших с королем. Кто там еще был – сэр Алвин? Сэр Леон? Амнерис? Ну, полагаю, смешно было бы подозревать котенка или его прадедушку…

Теперь, когда с формальностями покончено, осталась самая тягостная обязанность. Только рыдающей кошки Флориану не хватало для полного счастья. Но он прибежал к ней, когда охрана уже не обступала ее плотным кольцом, а жрец ушел, - и утешал ее, как положено, уже не таясь (хотя кто-то предостерегающе намекал ему на то, что вообще-то кругом фелпурры, а Джильда совершила покушение на короля). Милая, ты не знаешь, что сейчас делала? И лучше тебе не знать. Не бойся, все остались живы. Тебя скоро освободят, и ты будешь со мной. Ну, не плачь, у тебя уже с усов капает.

Флориан, задумавшись, шел по галерее мимо тронного зала, когда внезапно два одинаковых черных кота встали у него на пути. Стража. «Именем короля, вы арестованы. За ношение оружия во дворце. Король столько раз прощал вас… Скорее всего, простит и в этот раз, но сейчас отдайте свой меч и следуйте за нами». Вот так ни с того ни с сего, и такой нелепый предлог. Как некстати. К счастью, звуки из тронного зала отвлекли стражников – пока они отвернулись, Флориан перелетел через перила открытой галереи, удачный прыжок – и вот он уже в саду, даже алый плащ не порвался о кусты роз. Значит, пришло время открытой войны. Хорошо. Когда, как говорят в Лутании, случается «белый полярный лис», терять уже нечего. И для начала надо поднять хотя бы одного хорошего зомби. А вот и подходящее для него тело. Своего рода месть за то, что не удалось ее соблазнить.

Леди Биргитта! Как кстати я вас встретил. Мне необходимо срочно побеседовать с вами наедине, без посторонних глаз. Пойдемте скорее, я не хочу, чтобы нас видели. Сюда. Теперь налево.

Поддерживая кошку под лапку, свободной рукой Флориан спешно плел боевые чары металла. Он успел ударить дважды, почти в упор, но из-за угла дворца как из-под земли возник проклятый Фемто, а с другой стороны подбежала стража. Дальше внезапно наступила темнота. По-видимому, его оглушили. Очнулся Флориан на площади – он стоял, поддерживаемый стражей, и руки были крепко связаны. На него выжидающе смотрели Фемто и верховный жрец Маурган. Слышался отчаянный писк Джильды. Она кричала, что ее любимый невиновен и что здесь какая-то ошибка. Кто-то усмехнулся: ну и парочка!

Проклятие. Теперь точно невозможно будет полностью оправдаться. Его застали на месте преступления, и к тому же Биргитта - родственница Фемто. Закон куда проще обойти, чем личную вражду… Да, когда внешне спокойный кот машет хвостом из стороны в сторону, это верный признак того, что он в ярости. «Зачем вы напали на леди Биргитту?» - он почти шипит, еще немного – и выпустит когти. Мерзкая блохастая тварь.

Трижды проклятие. Жрец бормочет заклинание, распознающее ложь. Остается только один ответ.

Зачем я напал на леди Биргитту – мое личное дело. Вас оно не касается. – Это не ваше личное дело, сэр Флориан, - прошипел Фемто, - вы были послом Лутании, и это вопрос войны! – Нет. Это вас не касается, - мрачно повторил маркиз, уставившись в выщербленные камни площади.

Со зловещим скрежетом Фемто воткнул свой меч, который все время носил в лапах, в землю, и извлек из-за пояса нож. – Хорошо. Тебе дороги твои конечности? Я начну с пальцев.

Прямо на площади, а не в тюрьме… Котики любят зрелища, да? – успел отрешенно подумать Флориан. Он знал, что признаться во всем содеянном или показать слабость перед этими блохастыми животными для него хуже любой пытки.

Жалобно мяукнула какая-то нежная фелпуррка при виде крови. По толпе пронесся вздох – но какую именно эмоцию он выражал, неизвестно. На повторный вопрос о причине нападения на Биргитту Флориан вновь ответил, а точнее прошипел сквозь зубы: это личное дело. На то, чтобы послать Фемто ко всем демонам, сил не оставалось. Лезвие сверкнуло во второй раз.

…Придя в себя в тюремной камере, Флориан не сразу мог вспомнить, как очутился там. Руки, наспех перевязанной каким-то обрывком ткани, он как будто не ощущал. За дверью раздавались приближающиеся шаги и голоса. Ясно: все кончено. Его не оставят в живых. О госпожа Амнерис, возможно, вы были правы. Тогда по крайней мере о вас они не узнают.

Тем не менее они узнали – и про Амнерис, и про Джильду, и про исправленное письмо королю Лутании, все без остатка. Где физическая боль была бесполезна, сработала подлая фелпуррская магия, проникающая в мозг и читающая мысли. Что стало в дальнейшем с леди Амнерис, Флориан уже не узнал. Что стало дальше с ним самим – тоже неизвестно, но догадаться нетрудно.

Бедный старый король Альберт. Каково ему было вместе с правильной версией письма получить в подарок от котов голову своего непутевого племянника…

URL
Комментарии
2012-09-12 в 01:05 

Ванкар [DELETED user]
Бедная Джильда :(

2012-09-12 в 10:09 

Orthilde
I will put aside fear for courage, and death for life, when it is right to do so - till Universe's end. (c) Диана Дуэйн
:kiss: Флориан, гад ты мой любимый! Клевый отчет, спасибо.

2012-09-12 в 20:13 

Gatto Furioso
Glory's my mother, fire's my brother, sword my only law!
Просто прелесть какая гадость :bravo:

URL
2012-09-13 в 21:11 

Habilis
It's as true today as when I started adventuring: "When in doubt, set something on fire"
Ня )) Правда письмо зачитывал верховный жрец а не король ))

2012-09-13 в 21:24 

Gatto Furioso
Glory's my mother, fire's my brother, sword my only law!
Да? А мне почему-то запомнилось, что король). наверное, из-за реплик "его величество сам читать умеет"))

URL
   

Le Guerrier De Glace

главная